Синяя Ворона и круглые даты.
- Слушай, может быть, сегодня день ее рождения?

Синяя Ворона молчит. Не угадал.

- Слушай, может быть, сегодня сколько-нибудь лет ровно, как вы знакомы?

Синяя Ворона молчит. Не угадал.

- Слушай, может быть, сегодня круглая дата со дня вашей ссоры?
- Которой? - несколько оживает Синяя Ворона.
- Которой что?
- Которой ссоры?
- Которой-нибудь. Первой. Или окончательной. Или самой главной. Или восьмой.
- Неа, - угасает Синяя Ворона. - Не ссоры.

Синяя Ворона сидит на берегу реки. Высоком берегу; свесив ноги с обрыва. Крылом он рассеянно чертит неровные линии на песке и нос повесил. И хвост повесил. И даже перышко на берете повесил. Синяя Ворона в печали.

Его глаза выражают скорбь и тоску. Его клюв выражает отчаяние. Его лапки выражают покорность судьбе и смирение. Даже перышко на берете выражает что-то в том же духе. Синяя Ворона страдает.

Вокруг него суетится маленький зверь Шуршик. Зверь Шуршик всегда говорит то и именно то, что вы на самом деле хотите услышать. Иногда это может затянуться надолго.

За этой сценой чуть издалека уже не первый час наблюдает пара котов, черный и белый. Ну, дальше вы знаете: братья, близнецы, звать П.У. и А.У., У. - это фамилия.

- Черный, может, у него не круглая дата? Может, это немотивированный? Или вообще сезонное обострение? - негромко спрашивает у брата белый кот.
- Когда сезонное, - отвечает тот, - он всегда читает стихи. А когда немотивированный - мы бы уже крутили ему крылья. Помнишь?

Белый кот кивает. Помнит.

- В день рожденья Лисы, - он, впрочем, месяц назад был, - Синяя Ворона выкидывает приготовленные подарки. Помнишь?

Белый кот кивает. Помнит.

- В годовщины их знакомства он носится по лесу и рассказывает всем и каждому, что совершенно запамятовал, какой сегодня день и как он рад, что забыл. Помнишь?

Белый кот кивает. Помнит.

- В дни, когда она воровала сыр, он ищет собутыльников. В дни, когда он дарил ей сыр, Ворона их обычно находит. Помнишь?

Белый кот кивает. Такое забудешь...

- В дни их ссор у него клювом идет кровь. Помнишь?

Белый кот говорит:

- Хватит. Пошли спасать идиота.- И, направляясь в сторону Синей Вороны и М.З.Шуршика, тихо добавляет: - Как он меня утомил...

Братья-коты подходят к Синей Вороне. М.З.Шуршик все еще пытается угадать:
- Может, с тех пор, как вы в первый раз пили чай у неё на кухне, сколько-нибудь лет?

Синяя Ворона молчит. Не угадал.

- Может, с тех пор, как ты послал её нахуй, сколько-нибудь чего-нибудь?

Синяя Ворона молчит. Не угадал.

Белый кот подхватывает маленького зверя Шуршика на руки, прикрывает ему лапой рот и начинает укачивать. Черный кот произносит ласково:
- Птиченька. Все мы очень устали. Поэтому просто скажи, в чем дело и пойдем домой.

Синяя ворона молчит. Впрочем, весь вид его кричит: "Никто, буквально никто не способен меня понять". Даже перышко на его берете вопиет: "Мне так плохо, а никто не врубается" (мне - Синей Вороне, не перышку).

Черный кот терпеливо продожает:
- Если сегодня, к примеру, круглое число месяцев или лет с тех пор, как ты её придумал - в какой-нибудь системе счисления или по календарю ацтеков - ты просто так и скажи.

Синяя Ворона поднимается, отряхивает песок с хвоста и крыльев, поправляет берет и вдыхает:
- Пойдем.

И идет домой. Черный кот и белый кот (с М.З.Шуршиком, спящим у него на лапах) идут вслед за ним. Синяя Ворона говорит:
- Сегодня сколько-то там лет ровно с тех пор, как я придумал себя.

И, помолчав, добавляет:
- Как же вы устали со мной...

29.07.2007